Елена Александровна Кондрусевич — старшая медицинская сестра-анестезист отделения анестезиологии и реанимации №3 Гродненской университетской клиники.  Весь ее трудовой путь протяженностью в тридцать два года связан с главным лечебным учреждением области и отделением, которое образно называют «щитом» и «пульсом» больницы. Здесь спасают пациентов в критических состояниях, и очень часто счет идет на минуты, каждая из которых может быть решающей на грани жизни и смерти.  Здесь медработникам нужно иметь особый склад мышления, уметь решать и действовать моментально, иметь глубокие знания, а еще уметь чувствовать сердцем. 

— В отличие от многих других подразделений стационара, отделение реанимации строгими медицинскими протоколами закрыто от посторонних глаз. Но если заглянуть, то картина, образно сказать, не для слабонервных.   Практически неподвижные пациенты, от которых тянутся провода и трубки к пикающим аппаратам, капельницам с лекарствами.  Медиков почти столько же, сколько подопечных, с которых они глаз не спускают, ибо каждая минута может стоить жизни. Сколько же нужно иметь терпения и силы воли, чтобы здесь работать! А вы в отделении уже более трех десятилетий…

 – Я выросла в медицинской семье: отец – врач сельской больницы, мама – главная медицинская сестра.   По их примеру выбирала профессию, исходя из огромного желания спасать людей. И отделение, в которое попала сразу после окончания медицинского училища, как ни одно другое подразделение предоставляла эту возможность.  На то время в областной больнице было одно отделение анестезиологии и реанимации, которым руководил Иосиф Александрович Шапель. Это был высочайший профессионал и большой авторитет в медицинской среде. Как и профессор Владимир Владимирович Спас, можно сказать, ученый-практик, фамилия которого удивительным образом соответствовала его специальности: спасать, оживлять, вытаскивать с того света людей.  Они оба имели самое непосредственное отношение к созданию реанимационной помощи в лечебные учреждения области, а в главной больнице поставили ее на высоту. И это передаваемое ими чувство значимости реанимационного дела буквально впитывал каждый, кто работал в отделении. Меня не испугали ни большие нагрузки, ни огромная ответственность, ни психоэмоциональный стресс, который испытываешь, когда жизнь пациента висит на волоске. Потому что работа была   интересная, динамичная, а главное давала реальные шансы помочь пациенту и испытать трудно передаваемые словами   эмоции, когда возвращают к жизни человека, шансы которого первоначально оценивали, как мизерные. Даже если положение кажется совсем безнадежным, в отделении будут бороться до последнего.

— Судя по тому, что сегодня в главной клинике области три отделения анестезиологии и реанимации, сама службы интенсивно развивалась. Без малого два десятилетия вы являетесь старшей медицинской сестрой отделения анестезиологии и реанимации №3. В чем специфика работы?

 – Отделение, должность старшей медицинской сестры которого мне предложили, было открыто в 2008 году для оказания круглосуточной медицинской помощи пациентам в критическом состоянии, находящихся на лечении в отделениях терапевтического профиля и в отделении микрохирургии глаза, а также для пациентов, доставляемых бригадами скорой медицинской помощи из районов области.   По сегодняшний день сохраняется шесть   специализированных коек, где проводится полный комплекс реанимационных мероприятий и интенсивной терапии пациентам ревматологического, неврологического, эндокринологического, нефрологического, гематологического и аллергологического профиля с нарушением функции жизненно важных органов, как следствия оперативного вмешательства или заболеваний, травм и других причин.

Не без гордости скажу, что помощь эта высокоуровневая. К примеру, на базе нашего отделения проводится ранний системный тромболизис альтеплазой при ишемических инсультах. Совместно с кабинетом рентгенэндоваскулярной хирургии активно применяется тактика раннего рентгеноэндоваскулярного вмешательства при остром коронарном синдроме. В интенсивной терапии используются другие современные методики и медикаменты.

Отделение оснащено современной наркозно-дыхательной, следящей, диагностической и другой аппаратурой, в том числе «экспертного» класса. К примеру, есть аппарат для проведения ультразвуковых исследований с возможностью проводить прикроватную эхокардиографию, дуплексное сканирование сосудов, оценку ширины канала зрительного нерва. Все катетеризации магистральных вен, плевральные пункции, лапароцентез проводятся под ультразвуковым контролем.  Специальный транспортный аппарат искусственной вентиляции лёгких – это возможность доставки пациентов с тяжелой паренхиматозной дыхательной недостаточностью для проведения компьютерной томографии, магнитно-резонансной томографии, ангиографии. Благодаря установке церебрального оксиметра проводится церебральная оксиметрия пациентам, нуждающимся в непрерывном нейромониторинге.

Что касается моих обязанностей как старшей медицинской сестры, то это организация и контроль работы среднего медицинского персонала, контроль за бесперебойностью в работе оборудования, обеспеченностью материалов, соблюдением санэпидрежима, что в нашем отделении имеет особое значение. В то же время я никогда не оставляла дежурства на посту. Поста у нас в отделении два и наши пациенты под нашим постоянным наблюдением на протяжении всех суток, каждую минуту. Манипуляции приходится выполнять сложные. Но ты понимаешь, что каждая из них действительно спасительная…

Насколько помню, ваше отделение в пандемию первым в университетской клинике стало «красной зоной» и до последнего работало в таком режиме. Высокую награду - знак «Отличник здравоохранения Республики Беларусь» вы и получили в самое сложное для здравоохранения страны время.

 – Первый пациент университетской клиники с диагнозом «ковид»  действительно  был госпитализирован в наше отделение. Это было начало наступления ковида, особого опыта организации работы особой зоны не было. Конечно, от меня потребовалось немало усилий, чтобы все организовать, создать условия безопасности для персонала.  При этом, чтобы развеять сомнения коллег, первой вышла на дежурство на посту.  А по сути, находилась в клинике сутками напролет. Пациенты поступали очень тяжелые, буквально за каждого приходилось бороться всеми силами и средствами. Впрочем, эта практика в работе отделения постоянная. Пока есть шанс, включаются все механизмы спасения. Надо отдать должное моим коллегам, и во время пандемии все они оставались на посту.  И сейчас у нас крепкий, сплоченный коллектив, который работает как одна команда. В нашем отделении это особенно важно. Честно признаюсь: свой рабочий день никогда не заканчиваю в положенное время, иногда даже задерживаюсь подолгу: все положенное должно быть выполнено по высшему разряду.  Дома у меня к такой моей самоотдаче работе привыкли, меня понимают.

— Возможно, медицинское работники в реанимации и не слышат, что называется, в глаза столько слов благодарности от пациентов, как их коллеги другого профиля. Когда жизнь человека висит на волоске, не до дифирамбов спасителям, а окончательно поднимают на ноги спасенных как правило в других больничных отделениях.

 – Для нас главное, что человека вернули к жизни. И все же нередко наши пациенты адресуют нам слова благодарности. Войти в отделение не войдут, но передают через коллег из других отделений, звонят. Некоторые рассказывают, что хоть и были, что называется, «в отключке», помнят те теплые ободряющие слова, которые наши сотрудники им говорили. Человеку даже в самом тяжелом состоянии важна моральная поддержка, и мы стараемся ее обеспечить. Хотя, честно скажу, всем нередко   приходится работать на пределе.  Да и к страданиям людей привыкнуть нельзя. Вообще, доказано, что только двадцать процентов жителей земли стресс устойчивы по своей природе. Каждый случай, особенно очень тяжелый, пропускаешь через себя, переживаешь эмоционально.

— Как только пациенты не называют отделения реанимации образно. И островом надежды, и центром воскрешения.  А для тех, кто там работает?  Какой отпечаток она накладывает?

 – Реанимация учит понимать хрупкость человеческого существования, а потому ценить каждое мгновение, переосмысливать приоритеты, наполнять смыслом свою жизнь и не сдаваться, какие бы трудности не встречались на твоем жизненном пути.

Я заочно окончила ГрГУ. Высшее образование не подтолкнуло меня сменить место работы, но вот уже более десяти лет преподаю в медицинском колледже, можно сказать, пропагандирую анестезиологию и реаниматологию.  В Совете медицинских сестер родной университетской клиники возглавляю учебно-профессиональный сектор.  Кроме заботы о повышении профессионального и образовательного уровня средних медицинских работников (а их в нашей клинике более семисот), активно занимаемся реализацией программ высшего и среднего специального медицинского образования на базе клиники, разрабатываем алгоритмы для различных направлений работы, организуем занятия.

Вообще, Совет медицинских сестер под руководством главной медицинской сестры Юлии Вискуб — это настоящее «братство» медицинских сестер, своего рода штаб сестринского дела. Здесь рождаются инициативы, обсуждаются все проблемные вопросы и ошибки, находятся пути их решения, коллеги находят поддержку и понимание. Ты можешь рассчитывать, что в любой жизненной ситуации   здесь тебе всегда помогут, подскажут и подставят плечо.  

Так сложилось, что профессия медицинской сестры имеет женское лицо. Вопреки расхожему мнению о том, что в женском коллективе присутствует хоть кое-какой, но негатив, у нас исключительно взаимопонимание и взаимоуважение. И с такими добрыми и светлыми чувствами мы идем к нашим пациентам, окружая их любовью и заботой.